Шаров Максим Юрьевич

Шаров Максим Юрьевич — врач психиатр‑нарколог и психотерапевт высшей категории с более чем 23‑летним стажем. 

Является действительным членом Профессиональной психотерапевтической лиги России и Российского общества психиатров .  

Работает с зависимостями и созависимостью, неврозами (панические атаки, фобии, навязчивые состояния), депрессиями, психосоматическими заболеваниями и хронической болью. 

Оказывает помощь при кризисных состояниях, постковидных психических нарушениях, сопровождает спортсменов при подготовке к соревнованиям.

Занимается психотерапией психогенного бесплодия у женщин, лечением заикания и энуреза у детей. 

В клинической практике сочетает психотерапевтические подходы и лекарственную терапию, подбирая тактику индивидуально .  

С какими проблемами работает врач  

Чаще всего ко мне обращаются, когда у человека формируется зависимость или созависимое поведение, и нужна профессиональная помощь и реабилитация.

Возникают неврозы: панические атаки, фобии, навязчивые состояния, внутрисемейные конфликты, вызывающие выраженное напряжение. 

Отмечаются психосоматические заболевания и хроническая боль, усиливающиеся на фоне стресса.

Человек переживает кризисное состояние, не справляется с эмоциональной нагрузкой, последствиями утраты или значимых жизненных изменений. 

После перенесённой новой коронавирусной инфекции появляются постковидные психические нарушения — тревога, подавленность, нарушения сна.

Ко мне также обращаются спортсмены для психологической подготовки к соревнованиям, женщины с психогенными факторами бесплодия, родители детей с заиканием или энурезом .  

Как врач принимает клинические решения  

1. Клинический осмотр 

   Проводится подробная беседа, сбор анамнеза, анализ жалоб, оценка психического состояния, факторов риска, предыдущего опыта лечения и поддержки.

2. Дифференциальная оценка  

   В клинической практике часто важно отличить реакцию на стресс от невротических, аффективных и зависимых расстройств, а также психосоматических проявлений и постковидных нарушений, чтобы выбрать оптимальный формат помощи.

3. Обследования по показаниям  

   Обследование имеет смысл, если оно меняет тактику лечения: учитываются данные предыдущих консультаций, результаты анализов, заключения других специалистов; при необходимости обсуждается необходимость дополнительных исследований в рамках психиатрической и наркологической помощи.

4. План лечения и контроль результата  

   Формируется индивидуальный план, который может включать психотерапию (рационально‑эмотивную, когнитивно‑поведенческую и другие подходы) и лекарственную терапию при показаниях.

На повторных визитах оценивается динамика, обсуждаются изменения самочувствия и, при необходимости, корректируется тактика .  

Частые ошибки и мифы пациентов  

В клинической практике часто встречается ситуация, когда зависимость воспринимают как «слабость характера», а не как состояние, требующее профессионального вмешательства.

Частая ошибка пациентов — откладывать визит к психиатру‑наркологу или психотерапевту из‑за страха стигмы, что приводит к закреплению проблемных схем поведения.

Нередко панические атаки и фобии ожидают «перерасти», не рассматривая возможность целенаправленной работы с тревогой.

Считается, что только таблетки или только одноразовый «разговор» способны полностью решить сложные психосоматические, кризисные и семейные ситуации, хотя чаще требуется последовательный подход,

Недооценивается влияние психологических факторов на хроническую боль, репродуктивную сферу и постковидные психические нарушения .  

Когда нужна консультация врача  

Формируется или подозревается зависимость (алкоголь, психоактивные вещества, другие формы) или созависимое поведение.

Возникают панические атаки, навязчивые страхи, выраженная тревожность, навязчивые мысли и действия. 

Отмечаются депрессивные симптомы: сниженное настроение, потеря интереса, нарушения сна, выраженная усталость.

Появляются психосоматические проявления или хроническая боль, усиливающиеся в стрессовых ситуациях. 

Требуется помощь при кризисных состояниях, внутрисемейных конфликтах, постковидных психических нарушениях, подготовке к соревнованиям.

Наблюдаются заикание или энурез у ребёнка, либо у женщины есть подозрение на психогенный компонент бесплодия.